укр eng рус est

Публікації

Последние новости
Отзывы
Chambers Europe

«Недавно фирма провела консультирование по ряду фармацевтических дел. Многие соглашаются, что данная команда «движется в правильном направлении, особенно впечатляет ее работа в фармацевтической отрасли».

 

По достаточному принципу

04.06.2014

Александр Дементьев, юрист, ЮФ «Ильяшев и Партнеры»
Источник: «Юридическая Практика»

Наиболее массовые трагические непредсказуемые события за период современной украинской истории, начало которым было положено во второй половине ноября 2013 года, по сей день держат в напряжении многомиллионный украинский народ. События, сплотившие патриотически настроенную часть украинского народа, однако не без натиска кирзового ботинка псевдобратской Москвы.

Новейшая история
Каждый украинец глубоко оскорблен тем, что география Родины, скорее всего, никогда не будет прежней. Но, как оказалось, «благодетелям» из Кремля этого недостаточно — аннексия части украинской территории активно сопровождается еще и так называемой информационной травлей. Как ни обидно, но и эта часть украино-российского конфликта по состоянию на сегодня нами проиграна. Однако, принимая во внимание многолетний опыт ведения Кремлем подобной пропагандистской травли, прежде всего своего же народа, не стоит этому удивляться. Неприятно осознавать, что информационный конфликт будет продолжаться и далее на протяжении десятков лет. Ведь антиукраинская пропаганда следом за хэдлайнами телевизионных новостных программ, газет и интернет-ресурсов следующим этапом проникнет в школьные учебники по истории, искусственно навязывая юным россиянам вражду между двумя народами.

Сетуя на неприемлемость действий восточного гиганта, Украина неустанно стучится в двери к западному. Очевидно, что у Запада есть ряд причин, которые не позволяют реагировать, применяя силу, однако и молчаливое наблюдение за происходящим является для Запада неприемлемым. Но кто же должен отвечать за многочисленные нарушения прав человека в Крыму?
Данный вопрос можно исследовать через призму практики Европейского суда по правам человека (Евросуд). Из текста статьи 1 Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод (Конвенция) следует, что государства — участники Конвенции должны отвечать за любые нарушения прав и свобод, определенных Конвенцией, которые совершены против физических лиц, находящихся под их юрисдикцией.

Евросуд в процессе своей деятельности уделил особое внимание определению понятия юрисдикции (дела «Гентильфом, Шафф-Бенхадджьи и Зероуки против Франции», решение от 14 мая 2002 года пункт 20; «Банкович и другие против Бельгии и 16 государств, участников Конвенции», заявление № 52207/99, §§ 59–61; «Ассанидзе против Грузии», пункт 137).

С точки зрения международного публичного права, слова «в рамках их юрисдикции» в статье 1 Конвенции должны пониматься как прежде всего территориальное правомочие государства, но также предполагается, что юрисдикция обычно осуществляется на всей территории государства. При этом по делу «Лоизиду против Турции» Евросуд отметил, что вышеуказанная презумпция может быть ограничена в исключительных обстоятельствах, особенно в тех случаях, когда государству не дают возможность применять свою власть на части своей территории в результате военной оккупации вооруженными силами другого государства, которые реально контролируют занятую территорию, а также в результате военных действий или мятежа, или действий иностранного государства, поддерживающего создание сепаратистского государства на территории, о которой идет речь (решение от 23 марта 1995 года, а также дело «Кипр против Турции», № 2578/94, пункты 70–80 и упомянутое выше решение по делу Банковича, §§ 70–71).

В целом же Евросуд придерживается мнения, что там, где государству препятствуют в осуществлении своих полномочий на всей своей территории, создавая положение de facto, когда появляется сепаратистский режим, сопровождаемый или не сопровождаемый военной оккупацией, это не отменяет юрисдикцию в свете статьи 1 Конвенции в отношении той части территории, которая временно подвластна местной администрации, поддерживаемой повстанческими войсками или другим государством.

Юрисдикция сокращена
Однако подобная фактическая ситуация сокращает сферу юрисдикции по обязательствам договаривающегося государства в соответствии со статьей 1 и рассматривается Евросудом только в свете позитивных обязательств, данных государством, в отношении лиц, находящихся на его территории. Под позитивными обязательствами в этом контексте подразумевается применение государством (Правительством Украины) всех доступных юридических и дипломатических мер в отношении иностранных государств и международных организаций для предоставления гарантии прав и свобод согласно Конвенции.

Исследуя вопрос наличия/отсутствия нарушений прав человека договаривающейся стороной, территория которой частично оккупирована, через призму исполнения/неисполнения государством своих позитивных обязательств, Евросуд рассматривает, с одной стороны, все объективные факты, свидетельствующие об ограничении возможности применения государством власти на своей территории, и с другой стороны, само поведение государства.

При этом, как утверждает Евросуд, в его обязанности не входит определение конкретных действий, которые должны осуществляться для наиболее эффективного исполнения обязательств. Однако Европейский суд должен подтвердить, что эти действия были соответствующими и достаточными в данном деле. В случаях, когда частично или полностью невозможно что-либо сделать, задача Евросуда сводится к определению того, как далеко распространяется минимум действий, которые тем не менее необходимы, и должны ли они осуществляться. Суд акцентирует внимание в данном контексте на том, что определение этого вопроса в первую очередь необходимо в делах, касающихся ущемления абсолютных прав, гарантированных статьями 2 и 3 Конвенции (право на жизнь и право не подвергаться пыткам).

Территорией не ограничивается
Несмотря на то что в упоминаемом выше решении по делу Банковича Евросуд подчеркнул превосходство территориального принципа в применении Конвенции (пункт 80), по делу «Лоизиду против Турции» также признал, что понятие юрисдикции в рамках значения статьи 1 Конвенции необязательно ограничивается национальной территорией высоких договаривающихся сторон (решение от 18 декабря 1996 года, пункт 52). В данном контексте Евросуд также согласился с тем, что в исключительных обстоятельствах действия государств, являющихся договаривающимися сторонами, осуществлялись вне их территории и приводили к результатам, которые могут расцениваться как осуществление ими их юрисдикции по смыслу статьи 1 Конвенции.

Согласно относящимся к данному делу принципам международного права, государство может быть привлечено к ответственности в случае военных действий — законных или незаконных, и если оно на практике осуществляет контроль над территорией, расположенной вне его национальной территории. Обязанность защищать на этой территории права и свободы, изложенные в Конвенции, следует из факта подобного контроля, осуществляется ли это прямо посредством вооруженных сил или подчиненной местной администрации. При этом нет необходимости определять, действительно ли осуществляет договаривающаяся сторона детальный контроль над политикой и деятельностью местной администрации на территории, расположенной вне ее национальной территории, так как даже полный контроль над территорией может предусматривать ответственность договаривающейся стороны, которой это касается.

Также в пункте 77 решения по делу «Кипр против Турции» Евросуд отмечает, что в ситуации, где договаривающееся государство осуществляет полный контроль над территорией вне своей государственной территории, его ответственность не ограничивается ответственностью за действия его солдат или официальных лиц на этой территории, но также распространяется на действия местной администрации, которая продолжает существовать там посредством военной или иной поддержки.

Следуя прецедентной практике Евросуда, изложенной в решении по делу «Ирландия против Соединенного Королевства», Российская Федерация может быть признана ответственной, даже если представители ее вооруженных сил действуют ultra vires или вопреки инструкциям. Так, согласно Конвенции, власть государства ответственна за поведение своих подчиненных; власть также обязана навязывать свою волю и не должна прикрываться своей недееспособностью обеспечить то, что должна обеспечить (решение от 18 января 1978 года, пункт 159, а также статья 7 проекта статей Комиссии международного права по вопросу ответственности государств за международные противоправные действия).

Суммируя все вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что для определения, ответственна ли Украина за нарушения прав человека на полуострове в результате его оккупации вооруженными силами Российской Федерации, Евросуду необходимо не учитывать аспект исполнения/неисполнения Украиной негативных обязательств и сосредоточиться исключительно на действиях государства, предпринятых с целью защиты прав человека в Крыму, и недопущении дальнейшей эскалации в данном направлении. Придерживаясь этой логики, Евросуд должен, во-первых, определить степень оккупации территории Крыма, с точки зрения наличия либо отсутствия у властей Украины практической возможности осуществлять какую-либо власть на данной территории, и, во-вторых, проанализировать действия, которые предпринимало украинское Правительство в данных условиях.

Напротив, что касается ситуации с Российской Федерацией, очевидно, что Евросуд готов действовать во всеоружии и рассматривать российскую сторону как основного виновника многочисленных фактов грубых нарушений прав и свобод человека на территории Крымского полуострова.

 
© 2017 Ильяшев и Партнеры / Мобильная версия