укр eng рус

Content on this page requires a newer version of Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player

Последние новости
Отзывы
Chambers Europe

«Недавно фирма провела консультирование по ряду фармацевтических дел. Многие соглашаются, что данная команда «движется в правильном направлении, особенно впечатляет ее работа в фармацевтической отрасли».

 

Экономическая конкретика

25.03.2014

Открыть pdf

«Возбуждение уголовного производства — единственный на сегодня законный вариант, дающий банку возможность получить деньги не с заемщика или поручителя, а с реального собственника», — отмечает Роман Марченко, старший партнер ЮФ «Ильяшев и Партнеры».

— Какие методы используют банки, чтобы вернуть проблемную задолженность?
— Банк в первую очередь должен проанализировать, насколько эффективен имеющийся у него залог. Здесь, как и на всех этапах кредитования, безусловно, случаются мошенничества, в том числе со стороны сотрудников банка. Иногда «схемы» изобретаются спустя некоторое время после дефолта. Например, мы недавно завершили проект для крупного банка, когда залогом являлось имущество, право собственности на которое было признано в судебном порядке. Заемщик сам обратился в суд с просьбой об отмене соответствующего решения, и таким образом имущество формально было выведено из-под залога. Однако людей на такие действия часто подталкивает и безысходность ситуации — высокие проценты, пеня, штрафы… Банки понимают эту ситуацию, и, учитывая несовершенного законодательства и судебной практики, предпочитают искать механизмы договорного разрешения спорных ситуаций. У банка на определенном этапе есть шанс получить определенную часть средств, либо продолжать насчитывать проценты и пеню и в итоге не получить ничего — предприятие закроется, люди останутся без работы. Если же мы говорим о мошенниках, которых, к сожалению, немало, нужно поступать жестко, наказывать в том числе в порядке уголовного преследования. Но если речь идет о добросовестном должнике, пострадавшем, скажем, из-за кризисных процессов, банк, безусловно, должен идти на компромисс.

— В каких случаях банки прибегают к процедуре банкротства должника?
— Банкротство — это крайняя мера и банки стараются ее избегать. В том числе и по причине того, что наше законодательство о банкротстве далеко от совершенства. Но, тем не менее, процессы банкротства достаточно распространены. К примеру, в настоящий момент я являюсь распорядителем имущества на двух крупных государственных предприятиях. Это Феодосийская судостроительная компания «Море» (кредиторами были Ощадбанк, Укрспецимпексбанк, ВиЭйБи банк и Пиреус-банк). Была проведена работа по выводу предприятия из кризиса и на сегодня реестровых банковских долгов у предприятия нет. Ситуация на втором предприятии — «Сумыхимпром» — намного сложнее (кредиторы — БМ Банк, Индустриалбанк, Брокбизнесбанк, Укрсоцбанк, ВиЭйБи банк, «Райффайзен Банк Аваль» и другие банки). Речь идет о миллиардной задолженности и перспектив полного ее возврата нет. На «Сумыхимпроме» процентные ставки по долгам были поистине грабительскими — нормальный легальный бизнес не способен платить такие проценты. А когда они дополняются еще и штрафными санкциями, компания вынуждена искать пути спасения. В том числе приходится идти на непопулярные для банков меры. Это, в частности, право руководителя санацией отказаться от договоров согласно закону «О возобновлении платежеспособности должника или признании его банкротом». Это не нарушает право банка на получение долга (включая насчитанные ранее проценты), но с определенного момента эти кредитные договоры перестают действовать. Мы приняли такие меры на «Сумыхимпроме» и считаем, что это позволит вывести компанию из кризиса. Идет речь о поиске баланса между интересами кредиторов с одной стороны и перспективами компании и ее коллектива, сохранением налоговых выплат — с другой.

— Механизм банкротства достаточно часто используется для ухода от ответственности как должников, так и имущественных поручителей. Какой стратегии следует придерживаться банку для противодействия фиктивному банкротству?
— При выявлении соответствующих фактов следует входить в процедуру банкротства, брать его под контроль: формировать комитет кредиторов (самостоятельно или с другими кредиторами), назначать распорядителя имущества и одновременно инициировать возбуждение уголовных производств. Перечень статей при этом «стандартный»: мошенничество, подделка документов, хищение, доведение до банкротства, фиктивное банкротство и другие.

Возбуждение уголовного производства — единственный на сегодня законный вариант, дающий банку возможность получить деньги не с заемщика, и не с имущественного поручителя, а с реального собственника или скрытого бенефициара. В рамках уголовного дела, возбуждаемого по инициативе банка, следственные органы пытаются доказать факт мошенничества, направленного на то, чтобы кредит не погашался. Мошенники, рассчитывавшие, например, что с прекращением юрлица кредитные обязательства исчезнут, становятся фигурантами уголовного производства, а банк, выступая в качестве гражданского истца, может рассчитывать на получение компенсации причиненного ущерба.

— Как часто банки инициируют процедуры банкротства?
— Если банк пришел к тому, что его кредитор — фактический банкрот и другие меры оказались неэффективны, следует незамедлительно инициировать процедуру банкротства. Это позволит получить контроль над компанией и «отыграть» назад невыгодные сделки, например по выводу активов. Это нужно сделать как можно скорее, так как имущество может несколько раз сменить собственника и начнет действовать принцип добросовестного приобретения. Плюс проходят сроки давности, документы уничтожаются, активы уменьшаются в стоимости… Поэтому если решение о банкротстве принято – все действия должны происходить молниеносно – подача обращения в суд, арест активов, смена менеджмента, параллельное задействование команды по поиску активов. Если есть основания – возбуждаются уголовные производства и т.д. Нельзя давать должнику возможности «играться» с активами и обязательствами — даже добросовестный должник может на определенном этапе начать «валять дурака».

— Какие практические шаги следует предпринять, чтобы найти активы должника, особенно если они находятся в нескольких юрисдикциях?
— Рынок подобных услуг не очень развит. Кроме специализированных фирм этим занимаются соответствующие службы крупных банков. Проблема в данном случае зачастую находится в двух плоскостях — необходимости найти актив, а также доказать связь между активом и реальным должником. В мировой практике это работает следующим образом. Например, бывший владелец казахстанского БТА Банка вывел из него огромные суммы, которые, естественно, растворились. Поиском занимается несколько команд детективов и результаты достаточно хорошие: найдены активы в нескольких странах, достаточно много имущества взыскано в Украине и России. Отмечу, что соответствующие процедуры достаточно хорошо урегулированы в английском праве — в отношении имущества вводится внешнее управление. Причем в список имущества, подлежащего такому управлению вносится все, что более-менее обоснованно считается активами должника. В деле БТА Банка в этот список внесены более тысячи (!) компаний. Если в список попадает «чужая» компания, то она изымается из него по обращению реального собственника. Интересно также, что суд может выдавать ордер на гражданский обыск — это дает право юристам банка войти в помещение и изъять все, что может считаться доказательством. Назначается сторонний юрист, выступающий в роли своеобразного медиатора. Обыск проводится без полиции, но если лицо, к которому пришли с обыском, отказывается пустить юристов, это влечет ответственность, вплоть до двухлетнего заключения.

— В Украине есть подобные механизмы?
— К сожалению, нет. За исключением упоминавшегося уголовного производства: следователь может наложить арест на имущество, и впоследствии оно может быть обращено в пользу потерпевшей стороны.

Считаю, что соответствующие механизмы целесообразно имплементировать в Украине. Несколько ведущих украинских юридических фирм, в том числе и наша, выступили с предложением банкам создать инициативную группу по подготовке соответствующих законодательных изменений, что позволило бы использовать мировую практику и предоставить банкам возможность эффективно защищать свои права. Механизмы наработаны, но они не внедрены. А банкиры, впрочем как и законодатели, просто не в курсе, что это существует. Мы готовы предоставить соответствующие наработки, но эта работа, безусловно, должна быть оплачиваемой — партнеры юридических фирм не могут позволить себе на три месяца выпасть из бизнеса и писать законопроекты. Цена вопроса ничтожна в сравнении с тем, сколько теряют банки из-за несовершенства законодательства. Для квалифицированных юристов, которые перегружены работой, этот вопрос далеко не первоочередной. Он должен быть приоритетным для банков, но финансисты пока не проявляют должного интереса. Качественное изменение законодательства — это один из путей стабилизации ситуации на кредитном рынке.

Роман Марченко
Родился в Киеве в 1975 году. Окончил Институт международных отношений Киевского национального университета им. Тараса Шевченко (магистр международного права) в 1998 году. В 1998 году совместно с Михаилом Ильяшевым основал ЮФ «Ильяшев и Партнеры». Руководитель судебной и арбитражной практики фирмы. Адвокат с 1999 года, арбитражный управляющий — с 2000 года. Вице-президент Ассоциации юридических фирм Украины, Председатель постоянно действующего третейского суда при Ассоциации юридических фирм Украины, член Общественного совета при Министерстве юстиции Украины. Специализация: корпоративное право и разрешение споров. На протяжении многих лет рекомендован как один из лучших юристов международными рейтингами и справочниками: Chambers Global, Chambers Europe, The Legal 500 – EMEA, IFLR 1000

Источник: «50 ВЕДУЩИХ БАНКОВ УКРАИНЫ»

 
© 2017 Ильяшев и Партнеры / Мобильная версия